Станислав Чернолицкий из Томска несколько раз едва не лишился жизни. Каждый раз врачи готовили родственников к худшему, а он выздоравливал и выходил из больницы на своих ногах.
«Почему так сложно дышать?» – первое, что подумал Станислав, лежа на земле. 14 марта этого года он упал с крыши четырехэтажного дома, где вместе с бригадой проводил ремонт. Тогда еще не знал, что получил сильнейшие травмы, которые по всем законам медицины несовместимы с жизнью… Но он поправился, как и в первые два раза.
Без шансов
Все началось в 90-х, тогда Чернолицкий с родителями жил в киргизском городе Ош. Однажды летом 15-летний мальчишка с друзьями ушел из дома на несколько дней. Понимая, что за это влетит, решил загладить вину перед мамой и нарвать ей букет коричневых колокольчиков, они росли на небольшом скалистом выступе.
«Спрыгнул туда, но не подумал, что от росы трава скользкая, – вспоминает герой. – Нога поехала, и я с пятнадцатиметровой высоты полетел вниз головой. Упал, но покатился еще дальше по каменной насыпи. В итоге сильно разбил голову. Хорошо, что рядом были друзья, они не растерялись, побежали в ближайший населенный пункт и вызвали скорую».
В больнице Станиславу сделали трепанацию черепа. Операция длилась шесть часов, врачи тогда в первый раз честно сказали родителям: шансов выжить у парня почти нет. А он пришел в себя, но оказалось, что потерял память.
«Не помню ни момент падения, ни то, как оказался в палате, – делится Чернолицкий. – Даже маму и папу в первые дни воспринял интуитивно – понимал, что это близкие люди, при этом не осознавал кто».
Однажды, 28 августа 1999 года, к Станиславу подошли две девушки, пожаловались, что не могут попасть в свою комнату, так как ключ в замке сломался. Дверь ломать не хотелось, единственный вариант – залезть через окно и открыть изнутри. Чернолицкий вызвался помочь. Ничего не предвещало беды. В том же общежитии находился альпинистский клуб, где удалось раздобыть веревку и страховочный трос, нашлись трое крепких парней, которые согласились спустить помощника с девятого на восьмой этаж.
Подъехала скорая, ее вызвали жильцы дома напротив, которые видели произошедшее. Врачи подходят, а в руках держат мешок для трупов. Спрашивают, где тело, которое надо убирать. А «тело» лежит, анекдоты травит. Когда меня увозили, пообещал девчонкам, что в октябре приду на танцы в общежитие».
«Начали сбрасывать вниз демонтированные стропила, – продолжает Чернолицкий. – Размер каждого куска примерно три на шесть метров, я бросил один вниз. Он зацепился за мой рукав и через борт утянул вниз. Упал я на кучу строительного мусора. Произошло это на глазах ошарашенных сотрудников соседнего офиса, они вызвали медиков. На хороший исход никто не надеялся – слишком высоко».
В первые минуты Станислав находился в сознании, помнит, как вокруг суетились люди, приехала бригада врачей, его положили на носилки. В больнице диагностировали серьезные травмы: переломы ребер, разрыв тонкой кишки и легкого, кровотечения. После операции Чернолицкий впал в кому. Три дня друзья пытались найти его сестру, в суете после падения пропал телефон со всеми контактами. Когда Олеся пришла в больницу, медики сообщили: «Пока жив, но крепитесь!» Однако на девятые сутки Станислав очнулся.